За несколько месяцев до того декабрьского вечера, когда в спортзале, украшенном гирляндами, нашли тело в смокинге, в классе 10 «Б» учились их дети. Пять, казалось бы, обычных семей. Их жизни, как нити, незаметно сплетались в узор, который обернулся петлей.
Семья Волковых. Ольга, мать-одиночка, работала на двух работах, чтобы дочь Аня могла брать дорогие уроки скрипки. По вечерам она убирала кабинеты в престижной юридической фирме «Кедр». Там она иногда видела бумаги, которые не должна была видеть.
Семья Ковалевых. Павел, отец, был известным кардиохирургом. Его жена, Елена, вела блог о роскошной жизни, тщательно скрывая, что их благополучие висит на волоске из-за неудачных инвестиций мужа. Их сын Марк был звездой школьной баскетбольной команды.
Семья Беловых. Казались идеальными. Иван — учитель истории в той же школе, Светлана — ландшафтный дизайнер. Их тихая дочь, Полина, была лучшей подругой Ани Волковой. Иван, страстный краевед, летом нашел на заброшенной даче старый дневник, который, как оказалось, кому-то очень мешал.
Семья Гришиных. Новые деньги. Дмитрий Гришин, владелец сети автомоек, всеми силами пытался втереться в высшее общество района. Его супруга, Кристина, скупала благотворительные лотерейные билеты пачками, чтобы «быть на виду». Их сын, Артем, был дерзким и любил собирать сплетни, как другие — марки.
Семья Лебедевых. Самая закрытая. Антон Лебедев, бывший военный, теперь руководил службой безопасности фирмы «Кедр». Его жена умерла давно, и он один воспитывал сына Сергея, угрюмого парня, который блестяще знал химию.
Осенью нити начали натягиваться. Ольга Волкова, убираясь, наткнулась на медицинское заключение о врачебной ошибке с подписью Павла Ковалева. Она в ужасе положила его обратно, но ее заметил Антон Лебедев. Он не сказал ни слова, лишь холодно кивнул.
Иван Белов, разбирая дневник, понял, что в нем описана давняя афера с землей, участником которой был дед Дмитрия Гришина. Он в нерешительности поделился находкой с коллегой, учителем литературы, которая оказалась близкой подругой Елены Ковалевой. Слух пополз.
Елена Ковалева, отчаянно пытаясь сохранить фасад, через свою подругу выведала про дневник. Она увидела в нем шанс — шантажировать Гришиных, чтобы покрыть долги. Ее муж, Павел, узнав о компромате, который Ольга могла увидеть, погрузился в молчаливую панику.
Дмитрий Гришин, узнав о дневнике от сына Артема (тот подслушал разговор Полины Беловой и Ани Волковой), пришел в ярость. Он начал давить на Ивана Белова через школьную администрацию, требуя убрать «клеветнические истории» с уроков краеведения.
Антон Лебедев наблюдал за всем. Его работодатели из «Кедра» были тесно связаны и с больницей Ковалева, и со схемами Гришина. Ему поручили обеспечить тишину. Он видел в Ольге слабое звено, в Ковалеве — проблему, в Белове — угрозу, в Гришине — грубую силу.
Наступил декабрь. Благотворительный бал был кульминацией сезона, возможностью для всех блеснуть и что-то решить. Ковалевы, Гришины, Беловы, Волкова и Лебедев — все были там. В полумраке, под звуки вальса, пересеклись взгляды, полные страха, злобы и отчаяния.
А потом в тихом кабинете за сценой нашли его. Мужчину в смокинге. Ни кошелька, ни документов. Только на запястье — редкие часы, модель которых была у Павла Ковалева и Дмитрия Гришина. Но тело было обезображено так, что даже дети не смогли бы опознать в нем своего отца. Или чужого.
Расследование зашло в тупик с первых минут. Каждая из пяти семей знала часть правды, но ни одна — всю. Каждая была и жертвой обстоятельств, и потенциальным убийцей. А их дети, сидя в одном классе, по утрам теперь смотрели друг на друга, задаваясь вопросом, чей отец не вернулся с того бала. Или чей — вернулся, притворяясь кем-то другим.